В Притче о пшенице и плевелах, в Матф 13:24-30, Господь рассказывает историю о человеке, который идёт в поле и сеет хорошие семена. Тем не менее, после того, как он посеял эти семена, его враг приходит и сеет плохие семена рядом с хорошими. Из-за этого плохое семя вырастает в плевела рядом с хорошим урожаем. Слуги этого человека спрашивают, что им делать в ответ на эту атаку. Хозяин отвечает, что им нужно дождаться времени сбора урожая, и тогда они смогут отделить плевела от пшеницы.
В стихах 36-43 Господь объясняет притчу своим ученикам в личной беседе. Поле символизирует мир, хорошее семя символизирует сыновей Царства (стих 38), а сорняки представляют собой неверующих. Враг этого человека представляет собой дьявола, врага Бога, жнецы представляют собой ангелов (стих 41, 24:31), а время жатвы – конец века.
Вы можете посмотреть этот выпуск блога, где обсуждается фраза «сыны Царства». В дополнение, Вы можете послушать комментарии Боба Уилкина касательно фразы «конец века» здесь. В данном выпуске, однако, я бы хотела обсудить другой аспект притчи: а именно, что пшеница и плевела выглядят одинаково. Я не фермер, но из того что я читала, я поняла, что плевела практично нельзя отличить от пшеницы. Более того, их корни так переплетаются, что любая попытка убрать их преждевременно, испортит урожай.
Холлер [англ. Haller] отмечает:
Суть притчи в том, что «дьявол» старается противостоять успеху Царства Божьего, имитируя, просачиваясь и обманывая (2 Кор 11:2-3, 13-15) (The Grace New Testament Commentary, стр. 39, курсив добавлен).
Авторы библейских комментариев из арминианских, кальвинистских кругов, а также кругов бесплатной благодати согласны в отношении метафор пшеницы и плевел. Пшеница представляет собой верующих (=сынов Царства), тогда как плевела представляют неверующих (=сыновей лукавого). В добавок, существует общее согласие, что и то, и другое выглядит одинаково. Тем не менее, это создаёт проблему для защитников арминианства и кальвинизма.
Крэг Кинер [англ. Craig Keener] делает следующее утверждение касательно данной притчи:
Притча также подтверждает образы прихода к вере, стойкости и оставлении веры, приведенные в Причти о сеятеле (13:3-9, 18-23): особенно в отрывках, говорящих о том, что ученики могут смешаться с миром (13:22), невозможно удостовериться, кто является избранным Божьим, пока не состоится последний суд (A Commentary on the Gospel of Matthew, стр. 385, курсив добавлен).
Кинер, арминианец, утверждает, что верующие и неверующие могут выглядеть одинаково. Он аргументирует это, ссылаясь на то, что в Притче о сеятеле третье семя падает на каменистую почву (13:22), что верующий может соблазниться богатством и удовольствиями этого мира и что смешивание с миром поддерживает понятие, существующее в рамках богословия бесплатной благодати, что верующие могут вести себя и даже выглядеть, как неверующие.
Тем не менее, Кинер также предупреждает, что внутренняя природа человека будет видна в его делах. В своём обсуждении 7 главы Евангелия от Матфея, всего за несколько глав до Притчи о пшенице и плевелах, Кинер отмечает:
Слова Иисуса о плодах подразумевают дела в результате покаяния (7:21; 3:8, 10), напоминая нам о моральном наставлении Иисуса в 5:21-7:12. Иисус использует слово для плохого плода, которое часто означает «испорченный», хотя здесь его значение «бесполезный». Многие ранее в истории признавали, что несмотря на все притворство, природа злого человека обязательно проявится (стр. 252-253, курсив добавлен).
Существует противоречие между комментарием Кинера относительно 7 главы Евангелия от Матфея и сутью Притчи о пшенице и плевелах. С одной стороны, верующих можно распознать, глядя на их дела, но с другой – неверующие и верующие могут быть неотличимы друг от друга.
Это приводит ко второй проблеме в позиции Кинера. Если человек смотрит на постоянно меняющиеся дела в поисках уверенности, то «человек не может удостовериться» в своём вечном спасении, пока Господь вернётся. Взгляд Кинера не предлагает уверенность во спасении. Разумеется, это противоречит ясному учению нашего Спасителя о том, что тот, кто верит в Него ради вечной жизни, имеет эту жизнь в качестве текущего обладания (Ин 5:25; 6:40, 47) и полную уверенность в своей вечной судьбе (Ин 10:28-29; 1 Ин 5:13; 2 Тим 2:13).
И, наконец, третья проблема с интерпретацией Кинера рассматриваемой нами притчи в том, что она пронизана печальным заблуждением касательно мифа о последнем суде над всем человечеством. В Библии не говорится о таком событии. Наоборот, Господь сказал, что верующий в Него «на суд не приходит» (Ин 5:24).
Притча о пшенице и плевелах скорее всего подразумевает собрание, которое произойдёт по возвращению Господа, после окончания периода Великой скорби, и следовательно не будет касаться святых эпохи церкви.
В завершение, Кинер и те другие, кто отрицает уверенность во спасении, читая эту притчу, находятся среди запутанных теологических сорняков.
